Перейти на полную версию сайта

Стратегия нефтяного бизнесмена в России

патриотизм

Нефть… как много в этом звуке…, наверное, так можно было бы перефразировать строку из известного русского романа в стихах. Но вот в последнее время этот природный «звук» начал давать в России сбой: то цены на него падают, то объявляют, что он заканчивается. Что же делать нефтебизнесу в этих условиях и что ждет государство Россия в перспективе? Попробуем сегодня об этом порассуждать.

В 2017 году в России не будет объявлено ни одного аукциона на право пользования крупными углеводородными участками. «Ничего не осталось. Фонд открытых месторождений исчерпан», — так описал ситуацию глава Роснедр Евгений Киселев. А партнер RusEnergy Михаил Крутихин пояснил: «Средний размер открытых месторождений за последние 2 года — 1,7 млн. тонн».

Я бы не был так пессимистичен, поскольку в настоящее время лицензионных участков и перспективных геологических отводов в доказанных нефтеносных зонах, например, на дальнем востоке РФ, очень не мало. Более того, большое количество этих участков недр требуют еще доразведки, которая занимает 3-4 года минимум и выделения на них месторождений, а после этого уже еще год-два бурение и уже после всего этого промышленная добыча. Правда действительно, прогнозируемые или доказанные ресурсы и запасы на этих участках не большие, по сравнению с тем, к чему привыкли в России. Но вот на западе к таким скромным, по российским меркам, дарам природы относятся очень даже серьезно и рентабельно. Но проблема есть. Проблема есть и в том, что у нас развалившаяся система геологоразведки. Если почитать профессиональные дискуссии геологов по поводу реформы Росгеологии, то становится очень печально. А если спросить профессиональных геологов, например, Сахалина, то они скажут, что даже на такой важной территории, имеющей крупнейшие нефтегазовые проекты, молодого поколения профессиональных геологов – сядьте, если стоите … – НЕТ! Проблема есть и в том, что в России нет финансовых инструментов, которые готовы выделять финансирование с «заморозкой» его на 4-5 лет малому нефтебизнесу, то есть полной заморозкой, а не по основному «телу» и с дисконтом в 100% на залог, а суммы там исчисляются в девяти нулях, правда рублей. Также проблема есть и в налоговом законодательстве.

Важно отметить, что халявы в нефтеотрасли тоже нет. К общим налогам добавляются специализированные налоги, а также различные сборы, плата за лицензию, аренду земли, экологию, порубочные билеты, решения вопросов с местными землевладельцами и прочее прочее… Я уже не говорю о том, если пробуренная скважина оказалась сухой или расчеты ее координат оказались не точными, что требует повторного дополнительного бурения и дополнительных не маленьких затрат, исчисляемых в шести нулях. Вопреки общему мнению о том, что природные ресурсы в России «захватили» частные субъекты и ни чего не дают народу и государству, надо признать, что нефтекомпании официально в России платят много. Вопрос стоит в ином, основная часть действующих крупных месторождений была разведана в годы СССР и эти затраты ни кто не учитывает, но пользуются. А вот новые участки, требуют серьезных вложений по рыночным стандартам. И именно поэтому, нефтяному бизнесу России, есть еще куда расти, например, в рядовой субъект экономической деятельности страны, обремененного обычным налоговым режимом, а вероятнее всего, и даже с применением УСН. Полагаю, ближайшие годы заставят вносить изменения в Налоговый кодекс РФ и вводить двойной режим налогообложения для нефтекомпаний, добывающих на участках недр с общими запасами выше 20-30 млн. тонн и наличествующей инфраструктурой, и добывающих на участках недр с общими запасами ниже 20 млн. тонн, уже не говоря о «крохах», располагающих запасами в 2-3 млн. тонн, такие «крохи» вообще требуют кооперации и особого подхода.

Интересен факт, что ряд экспертов — геологов считают, что нефть возможна и на глубине 100 км (абиогенная теория), а значит, что это цель для технологического развития в государстве. Доводам о том, что абиогенная теория до конца не доказана, а потенциальное извлечение крайне дорого, можно противостоять простым фактом, что всего лишь несколько лет назад добыча сланцевой нефти считалась не рентабельной и фантастической с точки зрения бизнеса. Участки же с глубиной залегания углеводородного сырья на глубинах 5-7 км на том же Сахалине считаются низко рентабельными или не рентабельными, просто потому, что на ДВР нет надлежащего оборудования, а вести его сложно и дорого, но вот в Германии оно есть, и в мире такие глубины бурят давно и успешно.

Эксперты указывают, что сланцевые производители процветают уже сейчас — при нефти чуть выше 50 долларов за баррель, поскольку средняя по отрасли себестоимость одного сланцевого барреля упала с 80 в 2013 году до 35 долларов. Сланцевая нефть есть и в России, правда ее добыча технологически сложней и есть риск экологической угрозы, но это вопросы технической науки, которую, видимо, в РФ забыли или «забили».

В заключении, я бы хотел сказать, что ситуация с нефтью говорит нам о том, что Россия должна сосредотачивать свой научно-технический потенциал на развитии новых технологий, диверсифицируя свою экономику и уходя от иглы добычи полезных ископаемых, создавать проекты в альтернативной энергетике, вводя курс на технологизацию страны. Но также нужно понимать, что у нас есть еще запас в классической добывающей отрасли, если в России будет уделено внимание собственному технологическому развитию, будут вдумчиво, с учетом мнений реальных практиков и ученых, развивать свой технический потенциал в области нефтедобычи и нефтепереработки, в том числе осваивая технологии добычи сланцевой нефти и развивая новые технологии нефтедобычи с позиции больших глубин и иных теорий ее происхождения.

Владимир Хрыков, ректор Академии стратегического проектирования

comments powered by HyperComments
#НОВОСТИ
#PRpower
#ПОЗИЦИЯэкспертов
патриотизм Стратегический патриотизм основан на делах
Владимир Хрыков, ректор Академии стратегического проектирования
07/07/201717:04
Формирование идентичности Формирование идентичности в Евразии
Юрий Самонкин, председатель коллегии АНО «Центр Исследований, сохранения, поддержки и развития евразийства»
06/07/201716:35
Big Data Big Data — как используют в органах государственной власти
Александра Полякова, профессор РАНХиГС, ФУ при Правительстве РФ
05/07/201713:00
#Госпрес-TV
Перейти на полную версию сайта