Перейти на полную версию сайта

Мягкая сила в политике ведущих мировых держав

Мягкая сила - особенности в США и Китае

«Мягкая сила» используемая в США считается классической схемой мягкой силы на текущий момент. Именно американские политологи разработали ее в том виде, в котором она применяется сейчас практически во всех странах, вовлеченных в этот процесс. Согласно Дж. Наю, чья стратегия на данный момент является ведущей во внешней политике США, американская концепция мягкой силы стоит на двух основных «столпах».

Американская стратегия мягкой силы.
Первый столп – это, безусловно, привлекательность американской культуры и образа жизни, так называемая «американская мечта». В своей книге «Soft power. The means to success in world politics» Най отмечает следующие данные (опрос проводился в 2000 году): примерно 80 % респондентов из 43 стран мира восхищаются достижениями США в технологиях и науке, около 60 % выражают любовь к американской музыке, кино и телевидению. И действительно, влияние шоу-бизнеса и технических достижений США трудно переоценить.

Вторым столпом является политическая идеология. Более половины опрошенных высказывали симпатию американской политике. Третьим моментом можно отметить огромные финансовые активы. В двухтысячных годах США вкладывало в мягкую силу примерно в десять раз больше средств, чем в военную силу, это при условии, что США были и есть абсолютные лидеры в военном бюджете. Най заявляет, что наиболее эффективной стратегией США является публичная дипломатия. В рамках этой стратегии американское руководство освящает свои внешнеполитические акции, фокусируется на наиболее важных для своей страны политических темах, а также ведет постоянный и плотный контакт с иностранными интеллектуальными элитами.

В частности, в программах обмена студентами, научных стипендий и премий, которые не только повышают уровень доверия к США, но и позволяют участникам напрямую знакомиться с американскими ценностями. В своей книге Най пишет, что к 2000 году через международную образовательную систему США прошло около двухсот человек, ставших, в последствии, главами государств различных стран. Часть из них заняли активную проамериканскую позицию, к ним относится Маргарет Тэтчер, Михаил Саакашвили, Виктор Ющенко и Гельмут Шмидт. На данный момент, на сайте Стипендиального фонда Эйзенхауэра приведены списки лауреатов. Это в основном политические, общественные и культурные деятели, ученые и бизнесмены из самых разных стран мира.

Итак, основной стратегий мягкой силы США можно считать стратегию международного образования, формирующую положительный образ Америки в глазах студентов по всему миру и создающую некие центры притяжения для различных лидеров мнений в других государствах. Иностранные выпускники американской образовательной программы, становясь политическими и культурными лидерами, формируют среди населения своих стран положительное отношение к США. Но, не меньший вклад вносит и распространение «американских ценностей» через средства массовой культуры.

В противовес всему вышесказанному, Дж. Най отмечает, что мягкая сила никак не может быть единственным средством внешней политики. Он подчеркивает, что применение традиционной силы остается неизбежным в некоторых моментах, но с демократизацией других народов значительно лучше справляется именно мягкая, а не грубая сила.

Китайская стратегия мягкой силы.
Основы теории мягкой силы были заложены в Китае еще в древности такими философами как Лао-Цзы, Сунь Цзы и Конфуцием. Эта  теория имеет под собой более двух тысяч лет истории и практики в Китайской империи, и, претерпев некоторые изменения, дошла до современности. Китайский принцип мягкой силы строится на трех элементах: принуждение, вознаграждение и привлекательность – «мягкая сила». Председатель КНР Ху Цзиньтао в 2005 году на конференции в Джакарте высказался о том, что ведущим странам необходимо прилагать совместные усилия для построения гармоничного мира.

С начала двухтысячных годов важнейшим направлением внешней политики Китая стало углубление сотрудничества со своими соседями, странами Азиатско-Тихоокеанского региона, а так же странами первого мира. Китай имеет известность как «мировая фабрика», но для правительства КНР такая репутация не является приемлемой, и они стараются укрепить свое культурное влияние в мире. Но на данный момент, их политика не выглядит успешной, в плане культурно-политической привлекательности Китай серьезно проигрывает.

На внешнюю привлекательность государства серьезно влияет его внутренняя политика. Успехи Пекина по созданию о себе положительного образа практически аннулируются другими его действиями, направленными против своих граждан. В частности, грандиозный успех всемирной выставки ЭКСПО–2010 в Шанхае, которую посетили около семидесяти миллионов человек, и на которой было представлено 195 стран, был омрачен арестом лауреата Нобелевской премии Мира Лу Сяобо. Аналогичная ситуация была и с Пекинской Олимпиадой 2008 г., после которой последовали массовые аресты китайских правозащитников.

Несмотря на это, КНР активно развивает стратегию мягкой силы, как и США, делая акцент на международной образовательной программе и ориентируясь, в первую очередь, на страны Азиатско-Тихоокеанского региона и Юго-Восточную Африку. На 2007 год в Китае обучалось более 190 тысяч студентов из 188 стран мира и, в дальнейшем, это число только росло.

Кроме того, Государственная канцелярия Китая в 2004 году начала создание по всему миру так называемых институтов Конфуция, целью которых является распространение среди иностранных граждан китайского языка и культуры. Хотя этот проект, по своей сути, аналогичен более ранним испанскому (Институт Сервантеса, 1991 год) и немецкому (Институт Гёте, 1951 год) институтам, китайский вариант добился заметно больших успехов. По оценкам Пекина институт Конфуция насчитывает по состоянию на конец 2010 года 322 института и 369 классов Конфуция в 96 странах мира в сравнении со 140 отделениями у испанского аналога и 149 у германского.

Как и США, Китай старается представить миру и свою массовую культурную продукцию. В основном, это кинофильмы, так или иначе рассказывающие о китайской истории в своеобразном эпическом и даже фантастическом стиле.

Еще важно отметить уникальную особенность китайской «культурной экспансии» – хуацяо, китайские эмигранты, которых в мире, по разным данным, насчитывается около сорока миллионов. Несмотря на то, что КНР не признает двойного гражданства, китайские традиции говорят о том, что текущая страна проживания человека важна куда меньше, чем родина его предков. Поэтому, любой выходец из Китая, неважно в каком поколении живущий вдали от родины, считается в первую очередь китайцем. С этим связан известный феномен чайнатаунов, компактных поселений этнических китайцев со своей архитектурой, культурой, а иногда и законами.

Из всего этого можно сделать вывод, что, несмотря на древнюю историю стратегии мягкой силы, на данный момент Китай проходит стадию ее реформации и адаптации к современным реалиям западной культуры. В целом, это же можно сказать и обо всей китайской культуре. Правительство КНР поощряет любое заимствование технологий и материальных достижений у западной цивилизации, но серьезно следит за проникновением чужеродной культуры, оставляя исконные китайские ценности на некоем сакральном уровне. Эту политику можно характеризовать следующим образом: искать общее, оставаясь различными.

Китай официально не претендует на статус сверхдержавы и даже на гегемона своего региона. Китай остается одним из самых бесконфликтных и «спокойных» игроков глобальной политики. Но эксперты разных стран всерьез сомневаются в истинных намерениях Пекина и считают, что избранная Китаем позиция «мягкой силы» является стратегическим выжиданием. Сейчас из уст экспертов все чаще можно слышать подобные слова: «Двадцать первый век – век Великого Китая».

 

Роман Болдырев

Фото: pixabay

comments powered by HyperComments
#НОВОСТИ
#PRpower
#ПОЗИЦИЯэкспертов
патриотизм Стратегический патриотизм основан на делах
Владимир Хрыков, ректор Академии стратегического проектирования
07/07/201717:04
Формирование идентичности в Евразии
Юрий Самонкин, председатель коллегии АНО «Центр Исследований, сохранения, поддержки и развития евразийства»
06/07/201716:35
Big Data Big Data — как используют в органах государственной власти
Александра Полякова, профессор РАНХиГС, ФУ при Правительстве РФ
05/07/201713:00
#Госпрес-TV
Перейти на полную версию сайта